ВЛИЯНИЕ КЛИМАТИЧЕСКИХ ИЗМЕНЕНИЙ НА СОЦИАЛЬНО- ЭКОНОМИЧЕСКУЮ СФЕРУ МУРМАНСКОЙ ОБЛАСТИ
Ключевые слова
Арктика
климатические изменения
Арктическая зона Российской Федерации (АЗРФ)
Мурманская область
социально-экономическая адаптация
инфраструктурная устойчивость
коренные народы
арктическая политика
климатические изменения
Арктическая зона Российской Федерации (АЗРФ)
Мурманская область
социально-экономическая адаптация
инфраструктурная устойчивость
коренные народы
арктическая политика
АННОТАЦИЯ
В статье рассматриваются последствия климатических изменений для Мурманской области, которая является стратегически важным регионом Арктической зоны Российской Федерации (АЗРФ), концентрирующим в себе промышленный, транспортный и природно-ресурсный потенциал Севера. Усиление климатической динамики, проявляющееся в аномальном росте температур, сокращении ледового покрова ипрогрессирующей атлантификации арктических морей, приводит к комплексным трансформациям, затрагивающим экологические параметры, экономическую устойчивость и социальную сферу. Учитывая высокую концентрацию инфраструктурных объектов, добывающих производств, портовых комплексов и традиционных хозяйственных систем коренных народов, регион выступает чувствительным индикатором климатических процессов.
Целями работы являются выявление ключевых последствий климатических изменений в Мурманской области и разработка мер адаптации для минимизации ущерба природно-ресурсному комплексу и социально-экономическому развитию региона.
Методология исследования основана на методе анализа документов, в частности на официальной статистике «Мурманскстата» и документах стратегического планирования. Информационные материалы исследования были систематизированы по ключевым тематическим блокам: климатические факторы, их последствия для морских экосистем и инфраструктуры, а также социокультурные аспекты. На основе полученных данных был сформирован комплекс предлагаемых адаптационных мер по снижению негативных последствий, представленный в авторской таблице. Результаты исследования показали, что климатические изменения провоцируют перераспределение природных ресурсов, модификацию гидрологического режима акваторий и трансформацию биологических сообществ, что особенно значимо для рыбопромышленного комплекса региона.
Отмечаются рост эксплуатационных затрат предприятий энергетического и промышленного сектора, увеличение нагрузки на транспортную инфраструктуру, рост аварийности инженерных сооружений и рисков для логистических цепочек. Наряду с этим существуют перспективы развития экологически ориентированных отраслей, логистических хабов, а также модернизации производственных систем.
Практическая значимость исследования заключается в формулировании мер адаптации для разработки комплексной региональной климатической стратегии, интегрирующей экологические, экономические и социальные компоненты, что позволит обеспечить устойчивость Мурманской области к долгосрочным климатическим вызовам.
Введение
Климатические изменения создают системные, многомерные риски для природной среды, экономики и социальной сферы регионов России. Особо серьезной эта проблема становится в Арктической зоне Российской Федерации (АЗРФ), являющейся одной из основных точек глобального потепления, где темпы роста температуры в 5–7 раз превышают среднемировые [1, 2]. Мурманская область как ведущий индустриальный и транспортный узел АЗРФ демонстрирует уязвимость к данным процессам, что важно учитывать при формировании планов застройки любого назначения, развития промыслов данного региона и пр. Согласно комплексной оценке российских экспертов М. П. Васильева и др. [3], северная часть области имеет один из наивысших в Северо-Западном федеральном округе показателей негативного климатического воздействия, что проявляется в учащении опасных гидрометеорологических явлений (сильные ветра, гололедно-изморозевые отложения), интенсификации абразии берегов и увеличении числа дней с переходом температуры через 0°C, ведущим к образованию ледяной корки. Эти процессы оказывают непосредственное влияние на ключевые секторы экономики: снижают устойчивость промышленной и энергетической инфраструктуры, повышают операционные риски для портового хозяйства и судоходства по Северному морскому пути (СМП), а также ставят под угрозу сохранение традиционных отраслей — рыболовство и оленеводство.
Отдельную критически важную проблему представляет социальный аспект. Изменение природных условий напрямую усиливает уязвимость коренных малочисленных народов Севера, подрывая продовольственную безопасность и разрушая многовековые уклады жизни, что способствует ослаблению межпоколенческих культурных связей и потере уникального этнокультурного разнообразия. Игнорирование этих процессов может привести к необратимому ухудшению качества жизни населения и утрате уникального культурного наследия. Как отмечается в предложениях Агентства стратегических инициатив (АСИ) [4, с. 1–3], современные механизмы климатической адаптации в России остаются «фрагментарными и разрозненными», а ключевыми барьерами выступают дефицит информации, нормативные пробелы и отсутствие финансовых стимулов.
Таким образом, изучение влияния климатических изменений на Мурманскую область важно не только с научной точки зрения, но и как основа для выработки практических мер адаптации, обеспечения безопасности промышленного и социального секторов и реализации стратегических приоритетов государства в Арктике.
Цели данного исследования — выявить ключевые последствия климатических изменений для Мурманской области и разработать меры адаптации к ним для минимизации дальнейшего ущерба природно-ресурсному комплексу и социально-экономическому развитию региона.
Методологическая основа работы базировалась на методе анализа документов. В рамках исследования авторами был проведен обзор литературы по теме климатической динамики Баренцева моря, трансформации экосистем и социально-экономического эффекта климатических изменений в арктических регионах на примере Мурманской области [1; 5; 6; 7; 8]. Авторами также был проведен анализ отчетов федеральных и региональных органов, данных региональной статистики («Мурманскстата»), а также стратегических документов, содержащих сведения о демографических тенденциях, состоянии инфраструктуры и отраслевом развитии Мурманской области [4; 9; 10].
Собранные материалы были структурированы по тематическим блокам. Для систематизации данных были выделены ключевые проблемные области: динамика климата, состояние морских экосистем, уязвимость инфраструктуры и социокультурные изменения. Такой подход позволил выявить взаимосвязи между климатической динамикой и трансформацией в социоэкономической системе, а также систематизировать меры адаптации (табл. 1).
Климатические изменения и их влияние на природно-ресурсный комплекс Мурманской области
Климатические процессы в АЗРФ на современном этапе характеризуются высокой скоростью трансформации природных систем. Согласно данным международного исследования, опубликованного в Scientific Reports [1], за последнее десятилетие температура воздуха в акватории Баренцева моря повысилась на 2,7°C, а в осенний сезон фиксировались аномалии до 4°C относительно климатической нормы. Эти показатели демонстрируют, что северо-восточная часть Баренцева моря стала одной из наиболее горячих точек глобального потепления, где темпы роста температуры превышают среднемировые в 5–7 раз [2]. Подобные изменения вызывают сокращение площади морского ледового покрова, рост солености вод и изменение структуры океанических течений вследствие активного переноса тепла из Атлантики. Эти процессы, по оценке норвежских исследователей С. Линд, Р. Б. Ингвальдсена и Т. Фуревика [7, с. 634–639], приводят к постепенной атлантификации северных арктических морей, тем самым замещая традиционно холодный субарктический климат более мягким морским типом. Прогнозируется, что к концу XXI века климат Баренцева региона приблизится к атлантическому, а выпадение осадков примет круглогодичный характер, что радикально изменит гидрологический и биологический режим региона [1].
По данным зарубежных специалистов Г. П. Хантингтон (США), Б. П. Кальтенборн (Норвегия), Хен Чхоль Шин (Республика Корея), Дж. Доусон (Канада), аналогичные процессы наблюдаются в других арктических морях, где повышение температуры воды сопровождается смещением границ биогеографических зон и изменением структуры кормовых цепей [5]. Это указывает на необходимость рассматривать Баренцево море не изолированно, а в контексте общей арктической климатической динамики.
Переход арктического климата к более мягкому типу и сокращение ледового покрова создают предпосылки для круглогодичного функционирования СМП, что существенно повышает значение Мурманска как опорного транспортного узла. Так, на Петербургском международном экономическом форуме 2024 года было отмечено, что модернизация портовой инфраструктуры, создание логистических хабов (например, контейнерный хаб) и развитие судостроительных мощностей способны стать источником мультипликативного эффекта для экономики региона [11].
Одновременно с этим возможным ростом транспортной активности требуется внедрение экологических стандартов судоходства, предотвращающих загрязнение акватории Баренцева моря и прибрежных зон. В этом контексте перспективными направлениями являются участие региона в проектах государственно- частного партнерства (ГЧП) и внедрение энергоэффективных технологий согласно принципам ESG (Environmental, Social, Governance), что отмечает координатор Экспертного совета «ПОРА» А. М. Воротников [12]. Развитие таких инициатив позволит не только повысить конкурентоспособность региона, но и укрепит его позицию как международного центра «чистой логистики» Арктики.
Климатические сдвиги для Мурманской области имеют двойственную природу. С одной стороны, сокращение ледового покрова расширяет возможности навигации и использования СМП, но, с другой стороны, рост частоты штормов, оттепелей и перепадов температур создает новые риски для транспортной, энергетической и промышленной инфраструктуры, спроектированной под иные климатические условия.
Согласно данным «Социально-экономического положения Мурманской области в 2025 году» [9], экономическая динамика в регионе является неоднородной, что отчасти может быть связано с ростом операционных издержек, включая затраты на содержание инфраструктуры. Так, в июле 2025 года в ключевых отраслях, тесно связанных с портовой и прибрежной логистикой, зафиксировано заметное замедление: оборот в добыче полезных ископаемых снизился на 19,1%, а в обрабатывающих производствах — на 14,9% к уровню июля 2024 года. Сокращение устойчивости береговой линии, ускорение эрозионных процессов и подмыв грунтов в районах размещения портовых объектов создают дополнительные экономические риски. Подобные тенденции коррелируют с выводами международных экспертов о том, что деградация арктических прибрежных экосистем вследствие потепления оказывает прямое воздействие на логистические системы и транспортную безопасность [5, с. 6–8].
Особое значение имеет трансформация экосистем Баренцева моря, влияющая на состояние рыбных ресурсов, являющихся одной из основ региональной экономики. Рыболовство и переработка морепродуктов формируют значительную долю занятости и экспорта Мурманской области, однако устойчивость этих отраслей в условиях изменения морского климата становится все более зависимой от колебаний температур и миграции промысловых видов [13, с. 21]. Согласно данным Полярного научно- исследовательского института морского рыбного хозяйства и океанографии имени Н. М. Книповича (ПИНРО) и анализу климатических трендов [8], районы добычи трески и пикши смещаются в северном и восточном направлениях из-за потепления вод и уменьшения ледового покрова Баренцева моря. Параллельно наблюдается рост запасов черного палтуса, тогда как популяции мойвы и окуня-клювача остаются в депрессии, что усиливает структурные перекосы в рыболовстве и усугубляет зависимость прибрежных сообществ от динамики климатических изменений [8]. Такие изменения североатлантической фауны уже приводят к корректировке промысловых маршрутов и изменению распределения уловов, что отражается на социально-экономической стабильности прибрежных районов [14].
Помимо трансформации биоресурсной базы нарастающие климатические риски материализуются в виде воздействия на инфраструктуру арктического побережья. Как отмечают эксперты на научно-деловой конференции POLAR-2023, береговая эрозия, вызванная потеплением и деградацией вечной мерзлоты, приобрела угрожающие масштабы. По данным ФГБУ «Северное управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды» [15], ежегодное отступание береговой линии на арктических участках составляет от одного до нескольких десятков метров, что вынуждает проводить регулярный перенос объектов полярных станций вглубь суши. Данный процесс, ранее не наблюдавшийся в такой интенсивной форме, ставит под угрозу не только научную инфраструктуру, но в перспективе и объекты портового хозяйства, логистические узлы, а также населенные пункты, расположенные в прибрежной зоне. Наблюдаемый тренд создает риски для всей прибрежной инфраструктуры региона, что в долгосрочной перспективе может усугубить уязвимость локальных экономик и домохозяйств, зависящих от устойчивости береговой линии.
Согласно исследованию М. П. Васильева и его соавторов на тему «Оценки влияния климатических факторов на состояние наземных экосистем Северо-Западного региона России», максимальная интенсивность опасных гидрометеорологических явлений (ветровые нагрузки, гололедно-изморозевые отложения, экстремальные осадки) наблюдается в северной части Северо-Западного федерального округа, прежде всего на побережье Баренцева моря, куда входит и Мурманская область [3]. В этих районах фиксируются до 3–5 опасных явлений в год, устойчивый рост числа переходов температуры через 0°С, усиление процессов образования ледяной корки, высокая вероятность разрушения морских берегов. Тем самым рост частоты штормов, увеличение аномальных осадков и изменение ледовой динамики усиливают нагрузку на морскую инфраструктуру региона, включая порты, прибрежные коммуникации, объекты добывающей промышленности и инженерные сооружения.
Таким образом, ускоренные климатические процессы в арктической акватории создают комплексное воздействие на региональные природные и экономические системы — от деградации ледового покрова и изменения структуры водных масс до перестройки морских экосистем и изменения традиционных способов ведения промыслового хозяйства. Эти тенденции формируют необходимость разработки региональных программ климатической адаптации, интегрированных с планами социально-экономического развития.
Социально-экономические последствия климатических изменений
Социально-экономические последствия климатических изменений в Мурманской области также проявляются прежде всего через изменение уровня жизни и структуры занятости населения. Климатический фактор, усиливая воздействие экономических и инфраструктурных ограничений, становится одной из скрытых причин неравномерного социального развития и ухудшения качества жизни на северных территориях.
По данным «Мурманскстата», промышленный сектор испытывает дефицит кадров и рост текучести рабочей силы, связанный с ухудшением условий труда и сложностью жизни в суровом климате АЗРФ [16, 17, 18]. Обозначенная кадровая проблема, усиленная климатическим фактором, указывает на острую необходимость в выработке механизмов социальной адаптации граждан. В таком случае ключевым направлением должно стать включение в региональные программы занятости и социальной поддержки специальных компонентов, таких как меры материального стимулирования и программы помощи в адаптации к новым климатическим реалиям.
Кроме того, климатические изменения в Арктике оказывают значительное воздействие на культурно- социальные системы коренных народов Севера. По оценкам зарубежных исследователей [6, с. 5–6], потепление и утрата морского льда приводят к нарушению устойчивости экосистем, что в свою очередь подрывает продовольственную безопасность и традиционные практики жизнеобеспечения коренных народов Арктики. В исследовании подчеркивается, что исчезновение устойчивых ледовых маршрутов, изменчивость миграции морских животных и эрозия береговой линии снижают возможности для традиционного промысла и охоты, нарушая связь между природной средой и культурной идентичностью местных сообществ.
Мурманской области эти процессы особенно остро затрагивают саамское население, для которого природная среда является не только источником ресурсов, но и пространством культурной самореализации [19, с. 40]. В Стратегии социально-экономического развития Мурманской области признается, что сохранение культурной самобытности и уникального уклада жизни коренных малочисленных народов Севера неразрывно связано с поддержанием природных условий, необходимых для традиционных видов хозяйственной деятельности, таких как оленеводство и рыболовство [10, с. 62– 64]. Повышение среднегодовых температур и нестабильность снежного покрова изменяют маршруты кочевий и доступ к пастбищам, что ведет к сокращению численности оленей и росту затрат на поддержание хозяйства [20].
Наблюдаемое в арктических регионах, включая Мурманскую область, сокращение масштабов традиционного природопользования напрямую усугубляется последствиями изменения климата. Климатические сдвиги нарушают многовековые уклады жизни, что ведет к разрыву межпоколенческих связей и утрате интереса молодежи к национальным промыслам. Эта динамика проявляется в северных муниципалитетах, где вынужденное сокращение занятости в традиционных отраслях и рост трудовой миграции на фоне изменяющейся среды обитания ускоряют процессы ассимиляции и утраты языковых традиций [21, с. 60–62, 65, 70].
В то же время адаптационные возможности коренных сообществ остаются значимыми. Международный опыт, описанный в работе «Потепление в Арктике: каскадное воздействие на климат и глобальные последствия» [22, с. 16, 19], показывает, что интеграция знаний и практик коренных народов в систему регионального природопользования способствует повышению устойчивости локальных сообществ к климатическим изменениям. Для Мурманской области этот подход может быть реализован через создание региональных центров этно-экологического мониторинга, развитие образовательных программ и участие саамских организаций в разработке стратегий адаптации.
Таким образом, климатические сдвиги в арктическом секторе России оказывают многоуровневое воздействие на социальную структуру Мурманской области — от изменений в занятости до трансформации культурной идентичности коренных народов. Включение климатической компоненты в социальную политику региона становится императивом, обеспечивающим сохранение культурного и социального многообразия Арктической зоны.
Систематизация климатических последствий и направлений адаптации
Выявленные климатические вызовы требуют не фрагментарных мер, а построения целостной системы адаптации, ориентированной на три ключевых вектора: обеспечение технологической и инфраструктурной устойчивости, гарантия социальной справедливости и культурного сохранения коренных народов, а также диверсификация экономики с учетом новых возможностей. Систематизация ключевых климатических факторов, их последствий и возможных ответных мер представлена в табл. 1.
Климатические изменения создают системные, многомерные риски для природной среды, экономики и социальной сферы регионов России. Особо серьезной эта проблема становится в Арктической зоне Российской Федерации (АЗРФ), являющейся одной из основных точек глобального потепления, где темпы роста температуры в 5–7 раз превышают среднемировые [1, 2]. Мурманская область как ведущий индустриальный и транспортный узел АЗРФ демонстрирует уязвимость к данным процессам, что важно учитывать при формировании планов застройки любого назначения, развития промыслов данного региона и пр. Согласно комплексной оценке российских экспертов М. П. Васильева и др. [3], северная часть области имеет один из наивысших в Северо-Западном федеральном округе показателей негативного климатического воздействия, что проявляется в учащении опасных гидрометеорологических явлений (сильные ветра, гололедно-изморозевые отложения), интенсификации абразии берегов и увеличении числа дней с переходом температуры через 0°C, ведущим к образованию ледяной корки. Эти процессы оказывают непосредственное влияние на ключевые секторы экономики: снижают устойчивость промышленной и энергетической инфраструктуры, повышают операционные риски для портового хозяйства и судоходства по Северному морскому пути (СМП), а также ставят под угрозу сохранение традиционных отраслей — рыболовство и оленеводство.
Отдельную критически важную проблему представляет социальный аспект. Изменение природных условий напрямую усиливает уязвимость коренных малочисленных народов Севера, подрывая продовольственную безопасность и разрушая многовековые уклады жизни, что способствует ослаблению межпоколенческих культурных связей и потере уникального этнокультурного разнообразия. Игнорирование этих процессов может привести к необратимому ухудшению качества жизни населения и утрате уникального культурного наследия. Как отмечается в предложениях Агентства стратегических инициатив (АСИ) [4, с. 1–3], современные механизмы климатической адаптации в России остаются «фрагментарными и разрозненными», а ключевыми барьерами выступают дефицит информации, нормативные пробелы и отсутствие финансовых стимулов.
Таким образом, изучение влияния климатических изменений на Мурманскую область важно не только с научной точки зрения, но и как основа для выработки практических мер адаптации, обеспечения безопасности промышленного и социального секторов и реализации стратегических приоритетов государства в Арктике.
Цели данного исследования — выявить ключевые последствия климатических изменений для Мурманской области и разработать меры адаптации к ним для минимизации дальнейшего ущерба природно-ресурсному комплексу и социально-экономическому развитию региона.
Методологическая основа работы базировалась на методе анализа документов. В рамках исследования авторами был проведен обзор литературы по теме климатической динамики Баренцева моря, трансформации экосистем и социально-экономического эффекта климатических изменений в арктических регионах на примере Мурманской области [1; 5; 6; 7; 8]. Авторами также был проведен анализ отчетов федеральных и региональных органов, данных региональной статистики («Мурманскстата»), а также стратегических документов, содержащих сведения о демографических тенденциях, состоянии инфраструктуры и отраслевом развитии Мурманской области [4; 9; 10].
Собранные материалы были структурированы по тематическим блокам. Для систематизации данных были выделены ключевые проблемные области: динамика климата, состояние морских экосистем, уязвимость инфраструктуры и социокультурные изменения. Такой подход позволил выявить взаимосвязи между климатической динамикой и трансформацией в социоэкономической системе, а также систематизировать меры адаптации (табл. 1).
Климатические изменения и их влияние на природно-ресурсный комплекс Мурманской области
Климатические процессы в АЗРФ на современном этапе характеризуются высокой скоростью трансформации природных систем. Согласно данным международного исследования, опубликованного в Scientific Reports [1], за последнее десятилетие температура воздуха в акватории Баренцева моря повысилась на 2,7°C, а в осенний сезон фиксировались аномалии до 4°C относительно климатической нормы. Эти показатели демонстрируют, что северо-восточная часть Баренцева моря стала одной из наиболее горячих точек глобального потепления, где темпы роста температуры превышают среднемировые в 5–7 раз [2]. Подобные изменения вызывают сокращение площади морского ледового покрова, рост солености вод и изменение структуры океанических течений вследствие активного переноса тепла из Атлантики. Эти процессы, по оценке норвежских исследователей С. Линд, Р. Б. Ингвальдсена и Т. Фуревика [7, с. 634–639], приводят к постепенной атлантификации северных арктических морей, тем самым замещая традиционно холодный субарктический климат более мягким морским типом. Прогнозируется, что к концу XXI века климат Баренцева региона приблизится к атлантическому, а выпадение осадков примет круглогодичный характер, что радикально изменит гидрологический и биологический режим региона [1].
По данным зарубежных специалистов Г. П. Хантингтон (США), Б. П. Кальтенборн (Норвегия), Хен Чхоль Шин (Республика Корея), Дж. Доусон (Канада), аналогичные процессы наблюдаются в других арктических морях, где повышение температуры воды сопровождается смещением границ биогеографических зон и изменением структуры кормовых цепей [5]. Это указывает на необходимость рассматривать Баренцево море не изолированно, а в контексте общей арктической климатической динамики.
Переход арктического климата к более мягкому типу и сокращение ледового покрова создают предпосылки для круглогодичного функционирования СМП, что существенно повышает значение Мурманска как опорного транспортного узла. Так, на Петербургском международном экономическом форуме 2024 года было отмечено, что модернизация портовой инфраструктуры, создание логистических хабов (например, контейнерный хаб) и развитие судостроительных мощностей способны стать источником мультипликативного эффекта для экономики региона [11].
Одновременно с этим возможным ростом транспортной активности требуется внедрение экологических стандартов судоходства, предотвращающих загрязнение акватории Баренцева моря и прибрежных зон. В этом контексте перспективными направлениями являются участие региона в проектах государственно- частного партнерства (ГЧП) и внедрение энергоэффективных технологий согласно принципам ESG (Environmental, Social, Governance), что отмечает координатор Экспертного совета «ПОРА» А. М. Воротников [12]. Развитие таких инициатив позволит не только повысить конкурентоспособность региона, но и укрепит его позицию как международного центра «чистой логистики» Арктики.
Климатические сдвиги для Мурманской области имеют двойственную природу. С одной стороны, сокращение ледового покрова расширяет возможности навигации и использования СМП, но, с другой стороны, рост частоты штормов, оттепелей и перепадов температур создает новые риски для транспортной, энергетической и промышленной инфраструктуры, спроектированной под иные климатические условия.
Согласно данным «Социально-экономического положения Мурманской области в 2025 году» [9], экономическая динамика в регионе является неоднородной, что отчасти может быть связано с ростом операционных издержек, включая затраты на содержание инфраструктуры. Так, в июле 2025 года в ключевых отраслях, тесно связанных с портовой и прибрежной логистикой, зафиксировано заметное замедление: оборот в добыче полезных ископаемых снизился на 19,1%, а в обрабатывающих производствах — на 14,9% к уровню июля 2024 года. Сокращение устойчивости береговой линии, ускорение эрозионных процессов и подмыв грунтов в районах размещения портовых объектов создают дополнительные экономические риски. Подобные тенденции коррелируют с выводами международных экспертов о том, что деградация арктических прибрежных экосистем вследствие потепления оказывает прямое воздействие на логистические системы и транспортную безопасность [5, с. 6–8].
Особое значение имеет трансформация экосистем Баренцева моря, влияющая на состояние рыбных ресурсов, являющихся одной из основ региональной экономики. Рыболовство и переработка морепродуктов формируют значительную долю занятости и экспорта Мурманской области, однако устойчивость этих отраслей в условиях изменения морского климата становится все более зависимой от колебаний температур и миграции промысловых видов [13, с. 21]. Согласно данным Полярного научно- исследовательского института морского рыбного хозяйства и океанографии имени Н. М. Книповича (ПИНРО) и анализу климатических трендов [8], районы добычи трески и пикши смещаются в северном и восточном направлениях из-за потепления вод и уменьшения ледового покрова Баренцева моря. Параллельно наблюдается рост запасов черного палтуса, тогда как популяции мойвы и окуня-клювача остаются в депрессии, что усиливает структурные перекосы в рыболовстве и усугубляет зависимость прибрежных сообществ от динамики климатических изменений [8]. Такие изменения североатлантической фауны уже приводят к корректировке промысловых маршрутов и изменению распределения уловов, что отражается на социально-экономической стабильности прибрежных районов [14].
Помимо трансформации биоресурсной базы нарастающие климатические риски материализуются в виде воздействия на инфраструктуру арктического побережья. Как отмечают эксперты на научно-деловой конференции POLAR-2023, береговая эрозия, вызванная потеплением и деградацией вечной мерзлоты, приобрела угрожающие масштабы. По данным ФГБУ «Северное управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды» [15], ежегодное отступание береговой линии на арктических участках составляет от одного до нескольких десятков метров, что вынуждает проводить регулярный перенос объектов полярных станций вглубь суши. Данный процесс, ранее не наблюдавшийся в такой интенсивной форме, ставит под угрозу не только научную инфраструктуру, но в перспективе и объекты портового хозяйства, логистические узлы, а также населенные пункты, расположенные в прибрежной зоне. Наблюдаемый тренд создает риски для всей прибрежной инфраструктуры региона, что в долгосрочной перспективе может усугубить уязвимость локальных экономик и домохозяйств, зависящих от устойчивости береговой линии.
Согласно исследованию М. П. Васильева и его соавторов на тему «Оценки влияния климатических факторов на состояние наземных экосистем Северо-Западного региона России», максимальная интенсивность опасных гидрометеорологических явлений (ветровые нагрузки, гололедно-изморозевые отложения, экстремальные осадки) наблюдается в северной части Северо-Западного федерального округа, прежде всего на побережье Баренцева моря, куда входит и Мурманская область [3]. В этих районах фиксируются до 3–5 опасных явлений в год, устойчивый рост числа переходов температуры через 0°С, усиление процессов образования ледяной корки, высокая вероятность разрушения морских берегов. Тем самым рост частоты штормов, увеличение аномальных осадков и изменение ледовой динамики усиливают нагрузку на морскую инфраструктуру региона, включая порты, прибрежные коммуникации, объекты добывающей промышленности и инженерные сооружения.
Таким образом, ускоренные климатические процессы в арктической акватории создают комплексное воздействие на региональные природные и экономические системы — от деградации ледового покрова и изменения структуры водных масс до перестройки морских экосистем и изменения традиционных способов ведения промыслового хозяйства. Эти тенденции формируют необходимость разработки региональных программ климатической адаптации, интегрированных с планами социально-экономического развития.
Социально-экономические последствия климатических изменений
Социально-экономические последствия климатических изменений в Мурманской области также проявляются прежде всего через изменение уровня жизни и структуры занятости населения. Климатический фактор, усиливая воздействие экономических и инфраструктурных ограничений, становится одной из скрытых причин неравномерного социального развития и ухудшения качества жизни на северных территориях.
По данным «Мурманскстата», промышленный сектор испытывает дефицит кадров и рост текучести рабочей силы, связанный с ухудшением условий труда и сложностью жизни в суровом климате АЗРФ [16, 17, 18]. Обозначенная кадровая проблема, усиленная климатическим фактором, указывает на острую необходимость в выработке механизмов социальной адаптации граждан. В таком случае ключевым направлением должно стать включение в региональные программы занятости и социальной поддержки специальных компонентов, таких как меры материального стимулирования и программы помощи в адаптации к новым климатическим реалиям.
Кроме того, климатические изменения в Арктике оказывают значительное воздействие на культурно- социальные системы коренных народов Севера. По оценкам зарубежных исследователей [6, с. 5–6], потепление и утрата морского льда приводят к нарушению устойчивости экосистем, что в свою очередь подрывает продовольственную безопасность и традиционные практики жизнеобеспечения коренных народов Арктики. В исследовании подчеркивается, что исчезновение устойчивых ледовых маршрутов, изменчивость миграции морских животных и эрозия береговой линии снижают возможности для традиционного промысла и охоты, нарушая связь между природной средой и культурной идентичностью местных сообществ.
Мурманской области эти процессы особенно остро затрагивают саамское население, для которого природная среда является не только источником ресурсов, но и пространством культурной самореализации [19, с. 40]. В Стратегии социально-экономического развития Мурманской области признается, что сохранение культурной самобытности и уникального уклада жизни коренных малочисленных народов Севера неразрывно связано с поддержанием природных условий, необходимых для традиционных видов хозяйственной деятельности, таких как оленеводство и рыболовство [10, с. 62– 64]. Повышение среднегодовых температур и нестабильность снежного покрова изменяют маршруты кочевий и доступ к пастбищам, что ведет к сокращению численности оленей и росту затрат на поддержание хозяйства [20].
Наблюдаемое в арктических регионах, включая Мурманскую область, сокращение масштабов традиционного природопользования напрямую усугубляется последствиями изменения климата. Климатические сдвиги нарушают многовековые уклады жизни, что ведет к разрыву межпоколенческих связей и утрате интереса молодежи к национальным промыслам. Эта динамика проявляется в северных муниципалитетах, где вынужденное сокращение занятости в традиционных отраслях и рост трудовой миграции на фоне изменяющейся среды обитания ускоряют процессы ассимиляции и утраты языковых традиций [21, с. 60–62, 65, 70].
В то же время адаптационные возможности коренных сообществ остаются значимыми. Международный опыт, описанный в работе «Потепление в Арктике: каскадное воздействие на климат и глобальные последствия» [22, с. 16, 19], показывает, что интеграция знаний и практик коренных народов в систему регионального природопользования способствует повышению устойчивости локальных сообществ к климатическим изменениям. Для Мурманской области этот подход может быть реализован через создание региональных центров этно-экологического мониторинга, развитие образовательных программ и участие саамских организаций в разработке стратегий адаптации.
Таким образом, климатические сдвиги в арктическом секторе России оказывают многоуровневое воздействие на социальную структуру Мурманской области — от изменений в занятости до трансформации культурной идентичности коренных народов. Включение климатической компоненты в социальную политику региона становится императивом, обеспечивающим сохранение культурного и социального многообразия Арктической зоны.
Систематизация климатических последствий и направлений адаптации
Выявленные климатические вызовы требуют не фрагментарных мер, а построения целостной системы адаптации, ориентированной на три ключевых вектора: обеспечение технологической и инфраструктурной устойчивости, гарантия социальной справедливости и культурного сохранения коренных народов, а также диверсификация экономики с учетом новых возможностей. Систематизация ключевых климатических факторов, их последствий и возможных ответных мер представлена в табл. 1.
АБЛИЦА 1. СОПОСТАВЛЕНИЕ КЛИМАТИЧЕСКИХ ФАКТОРОВ, ОТРАСЛЕВЫХ ПОСЛЕДСТВИЙ И МЕР АДАПТАЦИИ ДЛЯ МУРМАНСКОЙ ОБЛАСТИ
Проведенное сравнение позволяет структурировать предлагаемые адаптационные меры в несколько взаимосвязанных блоков, реализация которых требует последовательных управленческих действий.
1. Экологический и ресурсный блок: управление биоресурсами в условиях трансформации морских экосистем.
Ключевой задачей в данном направлении является минимизация ущерба для рыбопромышленного комплекса, вызванного смещением биогеографических зон и изменением структуры морских экосистем. Для этого необходима разработка специализированных адаптационных программ для рыбопромыслового комплекса, основанных не на статичных, а на динамичных моделях управления. Это предполагает внедрение гибких планов квотирования, привязанных не к исторически сложившимся, а к актуальным зонам промысла, что требует в свою очередь создания систем оперативного мониторинга температуры воды и миграции промысловых видов. Данные меры направлены на переход от экстенсивной эксплуатации ресурсов к адаптивному управлению, основанному на данных в реальном времени.
2. Инфраструктурно-технологический блок: обеспечение устойчивости в условиях дестабилизации природной среды.
Данный блок направлен на аспекты, связанные с ростом числа опасных гидрометеорологических явлений, деградацией вечной мерзлоты и береговой эрозией.
В сфере транспортной и портовой инфраструктуры первостепенной задачей становится модернизация портов и энергетических объектов с учетом экстремальных погодных условий, предусматривающая не только усиление конструкций, но и внедрение систем раннего предупреждения для минимизации операционных рисков.
Для противодействия береговой эрозии и деградации вечной мерзлоты необходим комплекс инженерно- технических и планировочных мер — от создания защитных инженерных сооружений и регулярного мониторинга состояния грунтов и береговой линии до стратегического переноса критически важных объектов в безопасные зоны. Эти меры важно закрепить в нормативах градостроительного планирования прибрежных территорий.
Для нивелирования логистических рисков, связанных со штормами, целесообразно формирование резервных логистических маршрутов.
3. Социально-культурный блок: сохранение человеческого капитала и культурного наследия.
Воздействие на социальную сферу, проявляющееся в трансформации традиционного природопользования, сокращении рабочей силы и миграции молодежи, также требует адресных мер.
Для поддержки коренных малочисленных народов необходима разработка региональных программ поддержки оленеводства и традиционного хозяйства, включающих введение адаптивных пастбищных маршрутов и механизмы временной финансовой поддержки.
Ключевым элементом является создание региональных центров этно-экологического мониторинга, призванных интегрировать традиционные знания коренных народов и научные методы для системного наблюдения за состоянием экосистем и выработки практических рекомендаций для общин.
Для сохранения культурного кода и преемственности необходимы образовательные программы для молодежи по устойчивому ведению традиционного хозяйства, а также программы финансовой поддержки и культурного возрождения. Обязательным условием эффективности этих мер является включение представителей коренных народов в разработку стратегий адаптации на всех этапах.
4. Экономико-управленческий блок: диверсификация и повышение конкурентоспособности.
В условиях роста операционных издержек промышленных и энергетических предприятий и необходимости диверсификации экономики требуются стратегические инвестиции.
Перспективным направлением являются инвестиции в энергоэффективные и устойчивые технологии, что позволит не только снизить затраты, но и улучшить экологический след региона.
Открывающиеся возможности, такие как развитие СМП, создают потенциал для диверсификации отраслей через создание логистических хабов и развитие экологически ориентированных производств. Сопровождение этих процессов разработкой экологических стандартов судоходства (ESG) усилит позиции региона как центра «чистой логистики» в Арктике.
Для финансирования масштабной модернизации необходимо активное использование механизмов ГЧП. Ключевым преимуществом этого подхода является совмещение государственного стратегического планирования с операционной эффективностью и инновационным потенциалом частных компаний, что критически важно для выполнения масштабных задач климатической адаптации.
Исходя из изученных материалов по теме и данных, представленных в таблице, мы можем охарактеризовать климатические изменения в Мурманской области как многомерный фактор, который влияет на всю социально- экономическую структуру области. Уязвимость инфраструктуры, изменения в морской экосистеме, традиционном укладе промыслов требуют перехода к комплексной системе адаптационного управления.
Заключение
Проведенное исследование показало, что климатические изменения оказывают многоуровневое и комплексное воздействие на природно-ресурсный комплекс и социально-экономическую систему Мурманской области. Повышение температуры воздуха, сокращение ледового покрова и атлантификация Баренцева моря приводят к трансформации морских экосистем, смещению промысловых видов и изменению гидрологического режима, что напрямую влияет на устойчивость рыбопромыслового комплекса и занятость прибрежных сообществ [1; 8; 13; 14]. Усиление экстремальных гидрометеорологических явлений, эрозии побережья и нестабильность вечной мерзлоты создают риски для транспортной и промышленной инфраструктуры региона, увеличивая операционные издержки предприятий [3; 9; 23]. Социальная сфера испытывает воздействие через трансформацию условий жизни, сокращение традиционных промыслов и изменение структуры занятости, особенно среди коренных народов, что требует комплексной поддержки и сохранения культурной идентичности [19; 21; 22].
Проведенная систематизация климатических последствий и адаптационных мер показывает, что ключевым условием эффективной адаптации является переход от локальных мер к созданию целостной системы управления климатическими рисками, интегрированной в стратегию социально-экономического развития региона.
Основу такой системы составляют четыре взаимосвязанных компонента. Во-первых, это переход к адаптивному управлению природными ресурсами, предусматривающий разработку динамичных моделей квотирования и создание комплексных систем мониторинга морских экосистем. Во-вторых, обеспечение инфраструктурной устойчивости через адаптацию к климатическим изменениям при проектировании и модернизации критически важных объектов. В-третьих, сохранение человеческого капитала путем институционализации этно-экологического мониторинга и разработки целевых программ поддержки традиционного уклада жизни коренных народов. В-четвертых, диверсификация экономики с акцентом на развитие «зеленых» технологий, использование механизмов ГЧП и реализацию конкурентных преимуществ региона в арктической логистике.
Таким образом, результаты исследования позволяют сделать вывод о необходимости разработки комплексной региональной климатической стратегии, направленной на повышение устойчивости Мурманской области к долгосрочным климатическим вызовам.
1. Экологический и ресурсный блок: управление биоресурсами в условиях трансформации морских экосистем.
Ключевой задачей в данном направлении является минимизация ущерба для рыбопромышленного комплекса, вызванного смещением биогеографических зон и изменением структуры морских экосистем. Для этого необходима разработка специализированных адаптационных программ для рыбопромыслового комплекса, основанных не на статичных, а на динамичных моделях управления. Это предполагает внедрение гибких планов квотирования, привязанных не к исторически сложившимся, а к актуальным зонам промысла, что требует в свою очередь создания систем оперативного мониторинга температуры воды и миграции промысловых видов. Данные меры направлены на переход от экстенсивной эксплуатации ресурсов к адаптивному управлению, основанному на данных в реальном времени.
2. Инфраструктурно-технологический блок: обеспечение устойчивости в условиях дестабилизации природной среды.
Данный блок направлен на аспекты, связанные с ростом числа опасных гидрометеорологических явлений, деградацией вечной мерзлоты и береговой эрозией.
В сфере транспортной и портовой инфраструктуры первостепенной задачей становится модернизация портов и энергетических объектов с учетом экстремальных погодных условий, предусматривающая не только усиление конструкций, но и внедрение систем раннего предупреждения для минимизации операционных рисков.
Для противодействия береговой эрозии и деградации вечной мерзлоты необходим комплекс инженерно- технических и планировочных мер — от создания защитных инженерных сооружений и регулярного мониторинга состояния грунтов и береговой линии до стратегического переноса критически важных объектов в безопасные зоны. Эти меры важно закрепить в нормативах градостроительного планирования прибрежных территорий.
Для нивелирования логистических рисков, связанных со штормами, целесообразно формирование резервных логистических маршрутов.
3. Социально-культурный блок: сохранение человеческого капитала и культурного наследия.
Воздействие на социальную сферу, проявляющееся в трансформации традиционного природопользования, сокращении рабочей силы и миграции молодежи, также требует адресных мер.
Для поддержки коренных малочисленных народов необходима разработка региональных программ поддержки оленеводства и традиционного хозяйства, включающих введение адаптивных пастбищных маршрутов и механизмы временной финансовой поддержки.
Ключевым элементом является создание региональных центров этно-экологического мониторинга, призванных интегрировать традиционные знания коренных народов и научные методы для системного наблюдения за состоянием экосистем и выработки практических рекомендаций для общин.
Для сохранения культурного кода и преемственности необходимы образовательные программы для молодежи по устойчивому ведению традиционного хозяйства, а также программы финансовой поддержки и культурного возрождения. Обязательным условием эффективности этих мер является включение представителей коренных народов в разработку стратегий адаптации на всех этапах.
4. Экономико-управленческий блок: диверсификация и повышение конкурентоспособности.
В условиях роста операционных издержек промышленных и энергетических предприятий и необходимости диверсификации экономики требуются стратегические инвестиции.
Перспективным направлением являются инвестиции в энергоэффективные и устойчивые технологии, что позволит не только снизить затраты, но и улучшить экологический след региона.
Открывающиеся возможности, такие как развитие СМП, создают потенциал для диверсификации отраслей через создание логистических хабов и развитие экологически ориентированных производств. Сопровождение этих процессов разработкой экологических стандартов судоходства (ESG) усилит позиции региона как центра «чистой логистики» в Арктике.
Для финансирования масштабной модернизации необходимо активное использование механизмов ГЧП. Ключевым преимуществом этого подхода является совмещение государственного стратегического планирования с операционной эффективностью и инновационным потенциалом частных компаний, что критически важно для выполнения масштабных задач климатической адаптации.
Исходя из изученных материалов по теме и данных, представленных в таблице, мы можем охарактеризовать климатические изменения в Мурманской области как многомерный фактор, который влияет на всю социально- экономическую структуру области. Уязвимость инфраструктуры, изменения в морской экосистеме, традиционном укладе промыслов требуют перехода к комплексной системе адаптационного управления.
Заключение
Проведенное исследование показало, что климатические изменения оказывают многоуровневое и комплексное воздействие на природно-ресурсный комплекс и социально-экономическую систему Мурманской области. Повышение температуры воздуха, сокращение ледового покрова и атлантификация Баренцева моря приводят к трансформации морских экосистем, смещению промысловых видов и изменению гидрологического режима, что напрямую влияет на устойчивость рыбопромыслового комплекса и занятость прибрежных сообществ [1; 8; 13; 14]. Усиление экстремальных гидрометеорологических явлений, эрозии побережья и нестабильность вечной мерзлоты создают риски для транспортной и промышленной инфраструктуры региона, увеличивая операционные издержки предприятий [3; 9; 23]. Социальная сфера испытывает воздействие через трансформацию условий жизни, сокращение традиционных промыслов и изменение структуры занятости, особенно среди коренных народов, что требует комплексной поддержки и сохранения культурной идентичности [19; 21; 22].
Проведенная систематизация климатических последствий и адаптационных мер показывает, что ключевым условием эффективной адаптации является переход от локальных мер к созданию целостной системы управления климатическими рисками, интегрированной в стратегию социально-экономического развития региона.
Основу такой системы составляют четыре взаимосвязанных компонента. Во-первых, это переход к адаптивному управлению природными ресурсами, предусматривающий разработку динамичных моделей квотирования и создание комплексных систем мониторинга морских экосистем. Во-вторых, обеспечение инфраструктурной устойчивости через адаптацию к климатическим изменениям при проектировании и модернизации критически важных объектов. В-третьих, сохранение человеческого капитала путем институционализации этно-экологического мониторинга и разработки целевых программ поддержки традиционного уклада жизни коренных народов. В-четвертых, диверсификация экономики с акцентом на развитие «зеленых» технологий, использование механизмов ГЧП и реализацию конкурентных преимуществ региона в арктической логистике.
Таким образом, результаты исследования позволяют сделать вывод о необходимости разработки комплексной региональной климатической стратегии, направленной на повышение устойчивости Мурманской области к долгосрочным климатическим вызовам.
ЛИТЕРАТУРА
1. Isaksen K., Nordli Ø., Ivanov B. et al. Exceptional warming over the Barents area // Scientific Reports. — 2022 — Vol. 12 — Art. 9371 — DOI: https://doi.org/10.1038/s41598-022-13568-5 (дата обращения: 11.10.2025).
2. Михаил М. П. Климатологи предвещают круглогодичные дожди в Баренцевом море // GoArctic! — 2022 — URL: https://goarctic.ru/news/klimatologi-predveshchayut-kruglogodichnye-dozhdi-v-barentsevom-more (дата обращения: 11.10.2025).
3. Васильев М. П., Нестеров Е. М., Каширина Е. В., Любимов А. В. Оценка влияния климатических факторов на состояние наземных экосистем Северо-Западного региона России // Известия Российской академии наук. Серия географическая. — 2024 — Т. 88 № 2 — С. 145–157. — DOI: 10.31857/S2587556624020045 (дата обращения: 31.10.2025).
4. Предложения в Национальный план мероприятий третьего этапа адаптации к изменениям климата до 2028 года / АСИ. — URL: https://asi.ru/upload/iblock/1ed/4v7eihixdcgfrj6air6hq2cnaenfise5/2025_06_30_Predlozheniya_ASI_agregirovannye_k_novosti.pdf (дата обращения: 14.10.2025).
5. Huntington H., Zagorski A., Kaltenborn B. et al. Societal implications of a changing Arctic Ocean // AMBIO. — 2021 — Vol. 51 — P. 2984–2997. — DOI: https://doi.org/10.1007/s13280-021-01601-2 (дата обращения: 11.10.2025).
6. Stephen K. Societal Impacts of a Rapidly Changing Arctic // Current Climate Change Reports. — 2018 — Vol. 4 — P. 223–237. — DOI: https://doi.org/10.1007/s40641-018-0106-1 (дата обращения: 22.10.2025).
7. Lind S., Ingvaldsen R. B., Furevik T. Arctic warming hotspot in the northern Barents Sea linked to declining sea-ice import // Nature Climate Change. — 2018 — Vol. 8 — DOI: https://doi.org/10.1038/s41558-018-0205-y (дата обращения: 31.10.2025).
8. Александрова М. А. Современное состояние и тенденции изменения экосистемы Баренцева моря // Астраханский вестник экологического образования. — 2017 — № 4 (42). — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/sovremennoe-sostoyanie-i-tendentsii-izmeneiya-ekosistemy-barentseva-
morya (дата обращения: 20.10.2025).
9. Социально-экономическое положение Мурманской области в январе–июле 2025 года: доклад / Федеральная служба государственной статистики, Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Мурманской области. — Мурманск, 2025 — 75 с.
10. О Стратегии социально-экономического развития Мурманской области до 2020 года и на период до 2025 года: постановление правительства Мурманской области от 25.12.2013 № 768-ПП/20 (ред. от 06.06.2024).
11. Эксперты: развитие Севморпути даст мультипликативный эффект в Мурманской области // Агентство бизнес-новостей. — 2024 — URL: https://abnews.ru/szfo/news/murmansk/2024/6/10/eksperty-razvitie-sevmorputi-dast-multiplikativnyj-effekt-v-murmanskoj-oblasti (дата обращения:
30.10.2025).
12. Воротников А. Бизнес в Арктике должен улучшать самочувствие местных сообществ // GoArctic. — URL: https://goarctic.ru/news/a-vorotnikov-biznes-v-arktike-dolzhen-uluchshat-samochuvstvie-mestnykh-soobshchestv (дата обращения: 28.10.2025).
13. Васильев А. М. Роль экспорта в развитии рыболовства (на примере рыбного хозяйства Мурманской области) // Рыбное хозяйство. — 2024 — № 2 — С. 20–25. — DOI: https://doi.org/10.36038/0131-6184-2024-2-20-25 (дата обращения: 14.10.2025).
14. Алексей А. М. Потепление арктических морей снизит уловы рыбаков // Российская газета. — 2023 — 2 марта. — № 42(8987). — URL: https://rg.ru/2023/03/02/reg-szfo/poteplenie-arkticheskih-morej-snizit-ulovy-rybakov.html (дата обращения: 14.10.2025).
15. Эксперты назвали причиной разрушения береговой линии в Арктике климатические изменения // ТАСС. — URL: https://tass.ru/obschestvo/17835905 (дата обращения: 31.10.2025).
16. Дефицит кадров стал фактором, ограничивающим строительство в Заполярье // РБК. —
2025 — URL: https://murmansk.rbc.ru/murmansk/04/04/2025/67efe4df9a79477606d797fe (дата обращения: 20.10.2025).
17. Судоремонт и логистика останутся драйверами экономики: что ждет рынок труда Мурманской области в 2025 году // Хибины.com. — URL: https://www.hibiny.ru/murmanskaya-oblast/news/item-sudoremont-i-logistika-ostanutsya-drayverami-ekonomiki-chto-jdt-rynok-truda-murmanskoy-oblasti-v-2025-godu-410538 (дата обращения: 20.10.2025).
18. За 30 лет — 50% населения: почему люди уезжают из Мурманской области? // РБК. — URL:
https://murmansk.rbc.ru/murmansk/02/08/2023/64ca0ed69a794702ccc3519a (дата обращения: 31.10.2025).
19. Sköld P. Perpetual Adaption? Challenges for the Sami and Reindeer Husbandry in Sweden // The New Arctic / eds.: B. Evengård, J. Nymand Larsen, Ø. Paasche. — Cham: Springer, 2015 — P. 39–55. — DOI: https://doi.org/10.1007/978-3-319-17602-4_4 (дата обращения: 24.10.2025).
20. Щетинина А. Ученые считают, что к 2100 году популяция северных оленей в Арктике сократится на 80%, а территория их обитания уменьшится вдвое // GoArctic. — 2025 — URL: https://goarctic.ru/nauka/uchenye-schitayut-chto-k-2100-godu-populyatsiya-severnykh-oleney-v-nekotorykh-mestakh-arktiki-sokrat (дата обращения: 24.10.2025).
21. Природа и коренное население Арктики под влиянием изменения климата и индустриального освоения: Мурманская область / под ред. Е. А. Боровичёва, Н. В. Вронского. — М.: Изд. дом «Графит», 2020 — 180 с.
22. Malik I. H., Ahmed R., Ford J. D., Hamidi A. R. Arctic Warming: Cascading Climate Impacts and Global Consequences // Climate. — 2025 — Vol. 13, iss. 5 — Art. 85 — DOI: https://doi.org/10.3390/cli13050085 (дата обращения: 28.10.2025).
23. Suter L., Streletskiy D., Shiklomanov N. Assessment of the cost of climate change impacts on critical
infrastructure in the circumpolar Arctic // Polar Geography. — 2019 — Vol. 42, iss. 4 — P. 267–286. — DOI:
https://doi.org/10.1080/1088937X.2019.1686082 (дата обращения: 31.10.2025).
2. Михаил М. П. Климатологи предвещают круглогодичные дожди в Баренцевом море // GoArctic! — 2022 — URL: https://goarctic.ru/news/klimatologi-predveshchayut-kruglogodichnye-dozhdi-v-barentsevom-more (дата обращения: 11.10.2025).
3. Васильев М. П., Нестеров Е. М., Каширина Е. В., Любимов А. В. Оценка влияния климатических факторов на состояние наземных экосистем Северо-Западного региона России // Известия Российской академии наук. Серия географическая. — 2024 — Т. 88 № 2 — С. 145–157. — DOI: 10.31857/S2587556624020045 (дата обращения: 31.10.2025).
4. Предложения в Национальный план мероприятий третьего этапа адаптации к изменениям климата до 2028 года / АСИ. — URL: https://asi.ru/upload/iblock/1ed/4v7eihixdcgfrj6air6hq2cnaenfise5/2025_06_30_Predlozheniya_ASI_agregirovannye_k_novosti.pdf (дата обращения: 14.10.2025).
5. Huntington H., Zagorski A., Kaltenborn B. et al. Societal implications of a changing Arctic Ocean // AMBIO. — 2021 — Vol. 51 — P. 2984–2997. — DOI: https://doi.org/10.1007/s13280-021-01601-2 (дата обращения: 11.10.2025).
6. Stephen K. Societal Impacts of a Rapidly Changing Arctic // Current Climate Change Reports. — 2018 — Vol. 4 — P. 223–237. — DOI: https://doi.org/10.1007/s40641-018-0106-1 (дата обращения: 22.10.2025).
7. Lind S., Ingvaldsen R. B., Furevik T. Arctic warming hotspot in the northern Barents Sea linked to declining sea-ice import // Nature Climate Change. — 2018 — Vol. 8 — DOI: https://doi.org/10.1038/s41558-018-0205-y (дата обращения: 31.10.2025).
8. Александрова М. А. Современное состояние и тенденции изменения экосистемы Баренцева моря // Астраханский вестник экологического образования. — 2017 — № 4 (42). — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/sovremennoe-sostoyanie-i-tendentsii-izmeneiya-ekosistemy-barentseva-
morya (дата обращения: 20.10.2025).
9. Социально-экономическое положение Мурманской области в январе–июле 2025 года: доклад / Федеральная служба государственной статистики, Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Мурманской области. — Мурманск, 2025 — 75 с.
10. О Стратегии социально-экономического развития Мурманской области до 2020 года и на период до 2025 года: постановление правительства Мурманской области от 25.12.2013 № 768-ПП/20 (ред. от 06.06.2024).
11. Эксперты: развитие Севморпути даст мультипликативный эффект в Мурманской области // Агентство бизнес-новостей. — 2024 — URL: https://abnews.ru/szfo/news/murmansk/2024/6/10/eksperty-razvitie-sevmorputi-dast-multiplikativnyj-effekt-v-murmanskoj-oblasti (дата обращения:
30.10.2025).
12. Воротников А. Бизнес в Арктике должен улучшать самочувствие местных сообществ // GoArctic. — URL: https://goarctic.ru/news/a-vorotnikov-biznes-v-arktike-dolzhen-uluchshat-samochuvstvie-mestnykh-soobshchestv (дата обращения: 28.10.2025).
13. Васильев А. М. Роль экспорта в развитии рыболовства (на примере рыбного хозяйства Мурманской области) // Рыбное хозяйство. — 2024 — № 2 — С. 20–25. — DOI: https://doi.org/10.36038/0131-6184-2024-2-20-25 (дата обращения: 14.10.2025).
14. Алексей А. М. Потепление арктических морей снизит уловы рыбаков // Российская газета. — 2023 — 2 марта. — № 42(8987). — URL: https://rg.ru/2023/03/02/reg-szfo/poteplenie-arkticheskih-morej-snizit-ulovy-rybakov.html (дата обращения: 14.10.2025).
15. Эксперты назвали причиной разрушения береговой линии в Арктике климатические изменения // ТАСС. — URL: https://tass.ru/obschestvo/17835905 (дата обращения: 31.10.2025).
16. Дефицит кадров стал фактором, ограничивающим строительство в Заполярье // РБК. —
2025 — URL: https://murmansk.rbc.ru/murmansk/04/04/2025/67efe4df9a79477606d797fe (дата обращения: 20.10.2025).
17. Судоремонт и логистика останутся драйверами экономики: что ждет рынок труда Мурманской области в 2025 году // Хибины.com. — URL: https://www.hibiny.ru/murmanskaya-oblast/news/item-sudoremont-i-logistika-ostanutsya-drayverami-ekonomiki-chto-jdt-rynok-truda-murmanskoy-oblasti-v-2025-godu-410538 (дата обращения: 20.10.2025).
18. За 30 лет — 50% населения: почему люди уезжают из Мурманской области? // РБК. — URL:
https://murmansk.rbc.ru/murmansk/02/08/2023/64ca0ed69a794702ccc3519a (дата обращения: 31.10.2025).
19. Sköld P. Perpetual Adaption? Challenges for the Sami and Reindeer Husbandry in Sweden // The New Arctic / eds.: B. Evengård, J. Nymand Larsen, Ø. Paasche. — Cham: Springer, 2015 — P. 39–55. — DOI: https://doi.org/10.1007/978-3-319-17602-4_4 (дата обращения: 24.10.2025).
20. Щетинина А. Ученые считают, что к 2100 году популяция северных оленей в Арктике сократится на 80%, а территория их обитания уменьшится вдвое // GoArctic. — 2025 — URL: https://goarctic.ru/nauka/uchenye-schitayut-chto-k-2100-godu-populyatsiya-severnykh-oleney-v-nekotorykh-mestakh-arktiki-sokrat (дата обращения: 24.10.2025).
21. Природа и коренное население Арктики под влиянием изменения климата и индустриального освоения: Мурманская область / под ред. Е. А. Боровичёва, Н. В. Вронского. — М.: Изд. дом «Графит», 2020 — 180 с.
22. Malik I. H., Ahmed R., Ford J. D., Hamidi A. R. Arctic Warming: Cascading Climate Impacts and Global Consequences // Climate. — 2025 — Vol. 13, iss. 5 — Art. 85 — DOI: https://doi.org/10.3390/cli13050085 (дата обращения: 28.10.2025).
23. Suter L., Streletskiy D., Shiklomanov N. Assessment of the cost of climate change impacts on critical
infrastructure in the circumpolar Arctic // Polar Geography. — 2019 — Vol. 42, iss. 4 — P. 267–286. — DOI:
https://doi.org/10.1080/1088937X.2019.1686082 (дата обращения: 31.10.2025).
THE IMPACT OF CLIMATE CHANGE ON THE SOCIO-ECONOMIC SPHERE OF THE MURMANSK REGION
KEY WORDS
climate change
Arctic Zone of the Russian Federation (AZRF)
Murmansk Region
socio-economic resilience
infrastructure adaptation
Indigenous peoples
Arctic development policy
Arctic Zone of the Russian Federation (AZRF)
Murmansk Region
socio-economic resilience
infrastructure adaptation
Indigenous peoples
Arctic development policy
ABSTRACT
The article examines the multidimensional effects of climate change on the Murmansk Region, a strategically significant territory within the Arctic Zone of the Russian Federation (AZRF), combining industrial, transport, and natural resource potential of the North. Intensifying climate dynamics — manifested in abnormal temperature increases, declining ice cover, and the progressive Atlanticization of Arctic seas — lead to complex transformations affecting environmental conditions, economic stability, and the social sphere. Due to the high concentration of infrastructure facilities, extractive industries, port complexes, and traditional economic systems of indigenous peoples, the region serves as a sensitive indicator of ongoing climatic processes.
The aim of the study is to identify the key consequences of climate change in the Murmansk Region and develop adaptation measures aimed at minimizing negative effects on its natural resource system and socio- economic development. The research methodology is based on content analysis of scientific literature, observational data from domestic and international authors, official statistics from Murmanskstat, and strategic planning documents.
The materials were systematized according to thematic categories: climate factors, their consequences for marine ecosystems and infrastructure, and socio-cultural aspects. Based on this analysis, a set of adaptation measures was developed.
The main findings indicate that climate change drives the redistribution of natural resources, alters hydrological regimes, and transforms biological communities — processes particularly critical for the region’s fishing industry. There is an observed increase in operating costs for enterprises in the energy and industrial sectors, growing pressure on transport infrastructure, higher accident rates involving engineering facilities, and disruptions to logistics chains. At the same time, new opportunities emerge for environmentally oriented industries, logistics hubs, and modernization of production systems.
The practical significance of the research lies in proposing adaptation measures that form a foundation for a comprehensive regional climate strategy integrating environmental, economic, and social components, thereby strengthening the Murmansk Region’s resilience to long-term climate challenges.